Вьентьян, Лаос

0
70

Вьентьян — необычная столица. Парадного духа здесь хватило ровно на одну центральную улицу. Четырёхрядное шоссе с окрашенными бордюрами и фонарями простирается от президентского дворца до триумфальной арки и показывает, каким ухоженным и аккуратным мог бы быть Лаос. Вьентьян делится на хорошую главную улицу с парой прилегающих кварталов, и остальной город. Об этих двух частях нужно писать отдельно — настолько они разные.

Из Луанг Прабанга во Вьентьян я летел на самолёте лаосских авиалиний. В салоне «АТР» на 20 рядов нас было шесть пассажиров: друг, я, ещё одна европейская пара и двое лао. Милая стюардесса продемонстрировала правила безопасности точно так же, как в любом другом самолёте в мире. Из местного колорита в полёте был только журнал с рекламой мерседеса на лаосском языке и стюардесса с узкими глазами. Полёт на итальянском самолёте с соблюдением международных требований к безопасности — скука!

Рейс пролегал над очень живописным регионом Лаоса, но землю в иллюминатор почти не было видно. Влажный низкий туман покрывал землю, приближался сезон дождей.

Лишь при подлёте к Вьентьяну незадолго до самой посадки можно было разглядеть очертания домов.

Я очень хотел испытать экзотику и до последнего момента надеялся, что внутренний перелёт в Лаосе будет выполняться каким-нибудь подаренным СССР в обмен на бананы самолётом типа АН-24. Я хотел, чтобы нас трясло при взлёте и кидало из стороны в сторону при посадке, но рейс прошёл без каких-либо неудобств. Во время полёта нас даже не кормили — ну совсем как дома! Экзотика встречала у спуска с трапа: табло прилётов с табличками и неработающий конвейер, собранный, на вид, из танковой стали.

Мы вышли из здания аэропорта и отправились на поиски автобуса в город. Мы прошли пятьсот метров до пересечения с большой дорогой. Движение регулировал светофор! Регулируемые перекрёстки в Лаосе можно посчитать на пальцах, и этот светофор был одним из десяти.

Мы прыгнули в проезжавший мимо городской автобус. Кондуктор помогла нам затащить в салон походные рюкзаки. Пассажиры улыбались. В Лаосе всегда и везде улыбаются — это приятное отношение я запомню навсегда.

Мы пытались узнать, куда едет автобус. Табличка с маршрутом автобуса была написана лаосской вязью. Ни один человек в салоне не говорил по-английски. Я показывал кондуктору карту Вьентьяна, но лао не умеют читать европейские карты. Позже я выяснил, что ни в одной стране Азии не умеют обращаться с европейскими картами. О том, какие карты нужно брать с собой в Азию, я расскажу, когда буду писать репортаж о Китае. В разговоре с кондуктором я попытался подключить свой кухонный французский: «сентр», «вилль», «де вилль» и так далее в таком же духе — кондуктор так и не поняла, что мы хотим в город. Она засмеялась, выдала нам талончики и ушла дальше общаться с водителем.

Автобус, против нашей воли, ехал не во Вьентьян, а в пригород. Маршрут проходил по большой вьентьянской агломерации. Сначала мы ехали по асфальтированному проспекту с отбойниками, потом свернули на дорогу с ямами, потом съехали с ям на грунтовку и в конце, спустя минут 40, упёрлись в какой-то храм среди пальмовой рощи где-то далеко на выселках.

Мы проезжали деревни, где в одноэтажных хатах под навесом из пальмовых листьев жили многодетные семьи, видели крутые особняки богатых лао с их любовью к позолоте и гипсовым колоннам на фасаде, и один длинный бесконечный базар.

Вдоль всех дорог Лаоса (впоследствии, это правило оказалось также пригодно во Вьетнаме и Китае) тянется бесконечный ряд лавок, где всегда что-то продаётся. Вся Азия — это один вытянутый вдоль дороги нескончаемый базар.

На обратном пути автобус проехал тот перекрёсток, где мы в него сели, и поехал в центр Вьентьяна. Мы тащились по каким-то абсолютно безликим улицам, только дома становились выше: сначала два, потом три, и даже четыре этажа бетонных плит. Так незаметно мы въехали в исторический центр. На золотой табличке на одном из заборов в окно автобуса я прочитал надпись «президентский дворец». Это здание было отмечено на европейской карте Вьентьяна в моём путеводителе, отсюда можно было уже ловить тук-тук до хостела. Но оставалась одна проблема — мы знали конкретный адрес, но не могли объяснить его на лаосском.

Люди в Лаосе живут в вопиющей бедности: высокая детская смертность, африканского масштаба неписьменность. 30% лао не умеют читать и писать, в том числе водители тук-туков! Ни один водитель не мог прочитать названия храмов, написанные лаосскими буквами в путеводителе. Как иначе объяснить водителю, куда тебе нужно, если лаосский язык, как и другие азиатские языки, основан на ударении? Я ни разу не смог объяснить водителю на слух, куда я хотел поехать. Малейшее отклонение в ударении означает что-то другое, и я очень надеюсь, что я нечаянно не оскорбил ни одного из водителей.

Безграмотность и незнание базовых слов на английском не мешает некоторым тук-тукщикам наживаться на туристах. Итак, мы с другом пытались словить тук-тук, чтобы доехать до хостела. Мы отошли от главной улицы, зная из умного путеводителя, что на ней орудует тук-тук-мафия. Только мы завернули за угол в мелкую улицу и махнули рукой проезжающему тук-туку, как со встречной полосы развернулся водила и остановился прямо возле нас. Хостел находился на «Sikhom Road». Я показал распечатку бронировки с hostels.com. Читать, ещё и по-английски, водитель не умел. Он несколько раз переспросил на лаосском, а я повторял очаровательное «сихом роуд», «сихом роуд», «сихом роуд». Водитель посмотрел на меня крайне недоумённо и развёл руками. Я понял, что неправильно поставил ударение в этом слове и начал пробовать другие ударения, как это было только возможно. Как взломщик подбирает отмычку, так и я менял ударение, пока водитель не сообразил, о какой улице идёт речь. «Сыхм лод!» — обрадовался беззубый тук-тукщик, соскочил с мотора и помог нам залезть в кузов с огромными рюкзаками. Мы договорились об оплате: пять пальцев руки, пять тысяч кип (60 центов). Бомбилы на главной улице хотели от нас 20 000 кип, путеводитель писал, что стандартная такса в пределах центра колеблется от 5 000 до 10 000 кип. На радостях тук-тукщик ссадил ехавшую в кузове женщину с пакетами. Он что-то ей сказал, после чего она невозмутимо покинула тук-тук.

Мы проехали пару перекрёстков, свернули на другую улицу, проехали ещё минут пять и с асфальтированной дороги вкатились в пыльный переулок. Через два дома мы увидели наш хостел. Водитель остановился, мы вылезли из кузова и дали обещанных пять тысяч кип. Беззубый водитель вскочил, размахнул руками и начал что-то кричать по-лаосски. Он таращил глаза, размахивал пятью пальцами, тыкал на банкноту в пять тысяч кип и что-то кричал. Из хостела вышел парень и подошёл спросить, что случилось. Оказалось, что водитель хотел с нас не пять, а пятьдесят тысяч кип! Шесть долларов! За пятиминутную дорогу! Это был очевидный развод. Ещё минут пять мы стояли на улице и пререкались, пока водитель через переводчика не сказал, мол, дайте хотя бы десять тысяч. Незнание иностранных языков не мешает некоторым непорядочным тук-тукщикам дурить туристов, хотя такие наглые случаи вымогательства с нами больше не случались.

Мы поселились в хостеле и отправились изучать город. На знакомство с лаосской столицей у нас было лишь полдня: утром следующего дня мы хотели уехать на автобусе в направлении юга, чтобы посмотреть джунгли и горы. Был полдень, очень жаркий полдень, хотя сквозь туманное небо самого солнца видно не было.

Ещё из окна автобуса я заметил, насколько однообразны улицы Вьентьяна. Почти все здания в городе не имеют лица, они «никакие». Кварталы невозможно отличить, из-за чего нельзя запомнить дорогу домой. Впоследствии город поставил меня на место.

С его абсолютно идентичными фасадами и кривыми улицами Вьентьян запутал меня и стал первым городом в мире, где я когда-либо заблудился. Больше часа мы с другом — оба прекрасные штурманы с безотказным чувством ориентации на любой местности — бродили по неосвещённым улицам вечернего Вьентьяна в поисках хостела, о котором я знал только название улицы и номер дома, но в Лаосе с этой информацией тебе никто не поможет. Я ходил по улицам, где глаз не мог зацепиться ни за один дом, чтобы запомнить расположение. Все дома казались знакомыми и незнакомыми одновременно — как пустынный мираж.

После того, как наш тук-тук облили водой на одном из перекрёстков в честь нового года, мы были насквозь мокрые. Кроссовки чавкали при ходьбе. Быстро стемнело, налетели комары. Мокрая одежда привлекала комаров — хотелось поскорее найти дорогу домой. Искать легендарный «Сихом Роуд» можно было бесконечно — мы петляли, как Тесей в лабиринте у Минотавра, по абсолютно одинаковым кварталам. Навстречу никто не шёл, да и спросить адрес в Лаосе не у кого — здесь ориентируются не по почтовым индексам и не по названиям. За очередным поворотом мы совершенно случайно вышли на перекрёсток со светофором. В лаосской столицей очень мало светофоров, и тот регулируемый перекрёсток сразу напомнил мне, как пройти домой. Через пять минут после этого мы были дома.

Центральная часть Вьентьяна выглядит прилежно и даже чисто. Вдоль дорог, отделённых крашеными бордюрами, не валяется мусор. Видимо, здесь часто убирают. Справедливости ради, нужно отметить, что по центру Вьентьяна гуляют в основном туристы, да и тех в столице достаточно мало. Большинство бекпекеров либо задерживаются ненадолго в городе, после чего сразу уезжают в Ванг Вьенг, либо летят напрямую в Луанг Прабанг, чтобы оттуда продолжать путешествие по джунглям северного Лаоса. В самом Вьентьяне туризма и туристов намного меньше, чем в Луанг Прабанге.

В Лаосе невероятно мирно и безопасно, но на центральных улицах Вьентьяна установлены полицейские будки, и некоторые важные улицы можно перекрыть разводным алюминиевым забором, как в Китае.

Начавшись накануне в Луанг Прабанге, во Вьентьяне продолжилось празднование нового года. В пёстрой одежде, люди большими группами (наверное, семьями и родственниками) шли в монастыри.

Источник: travel.ru

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

Ваш комментарий